10:06 

Матан. Моих стихов сводный пост

Iolanta Northern
романтичный фонарный столб
Давайте я один раз в самом верху скажу (моя совесть требует предупредить ценителей), что здесь могут быть плохие стихи, и успокоюсь. Они могут вам не понравиться, вы можете считать, что я не умею писать, можете даже доносить это до меня - я не против. Просто каждое из этих стихов может быть плохим, я предупредил, всё.
В комментариях будут появляться новые, подписывайтесь, если оно вам надо.
Ссылки на старое/моря со старым я соберу здесь же.
Сначала ссылки:
***
Лучшее, что я писал когда-либо
***
Спасибо Кысаньке, а вот мне немного стыдно. Эйблистская лексика
***
Под редакцией Л. Спасибо вам, Ликк, помню и ценю
***
На смерть Василисы.
***
Кысаньке. Хорошая Кысанька!
***
Бывшему, однако
***
К Р.З.
***
И ещё к Р.З.
***
Однако, ещё к Р.З.
***
Последнее к Р.З. Он хороший, это правда, и это тоже хорошее
***
Сферическому возлюбленному в вакууме. Шучу, на самом деле нет
***
К собаке Пеппи и собаке Кысаньке
***
Про границы, куриные яйца и стиль жизни
***
К актуальным возлюбленным, к обоим, да
***
Селфхарм ака самоповреждение

А теперь моря:
***
Я позову тебя по имени сотни раз.
И, возможно, чуть больше скажу без слов.
"Раз и навсегда" - это не про нас.
Чёрт с ним, всегда. Был бы хоть раз без снов.
Чёрт бы с ним, с разом. Мне бы чуть-чуть минут.
Мне бы немного счастья держать в руке.
Но твоё сердце легко, ведь тебя зовут.
А мне ты опять положишь сгарать в тоске.
Плевать на тоску, на душу. Ей нет цены.
Плевать на эмоции, в них не найду я смысл.
И, видно, былые грехи мне не прощены,
Раз эта привязанность всеразрушающа, а не жизнь.
И этот экстаз, этот высший момент всего,
Эти моменты истинной жизни вне всяких норм,
Сгорев во мне не оставит он ничего.
Это как изверженье, как лучший в вселенной шторм.
Я не скажу, сколько будет ещё стихов.
Если б я знала это теперь сама.
Я никогда не смогу облечь в призму слов
Всё, что приносит с собою эта зима.
И дай мне, судьба, возможность сейчас молчать,
Дай не сказать ему звука из лишних дум.
Дай пережить, передумать и перестать.
Я проживу. А потом за печалью приду.
***
Зачем ты так тщательно лижешь мне руки
И смотришь печально-доверчивым взглядом?
Избавить стремишься меня ты от муки?
Не стоит терзать меня, радость, не надо.
Хвостом со стола сбей постылую чашку,
Попорти зубами компьютерный провод.
Когтями на блузке поставь мне затяжки.
Ожить подари изумительный повод.
Устройся удобно на общей кровати.
С утра разбуди неожиданным лаем.
Не думай, что будешь сегодня не кстати.
Хватай поводок и пойдём погуляем.
Чуть слышны шаги на знакомой тропинке,
Рассветная горечь застанет вопросом.
А ты всё срываешь зубами травинки
И вновь ищешь руки уверенным носом.
Лежи, моё солнышко, спи, моя радость.
Я слышу дыханье в ночной тишине.
И, веришь ли, слёзы - паршивая гадость.
Сдержаться, быть может, поможешь ты мне?
***
Не надо меня утешать. Я знаю - ты просто спишь.
Ты просто уснула, притихла, как свет от прикрытой лампы.
Во сне ты взрываешься лаем, бежишь или тихо молчишь.
А я, опасаясь, держу твои сильные лапы.
Держу, потому что когда я одна, в грозу
Дороги не вижу и близится час блужданья,
Ты думаешь просто "Сейчас я тебя спасу!"
И тянешь вперёд, без лишних пустых скитаний.
Я глажу тебя во сне, потому что в март,
Когда гололёд так доводит до встречи с богом,
Одна ты, решаясь, меня тридцать раз спасла,
Выскальзывая вместо меня на дорогу.
Другие не знают - когда мы идём вперёд,
Когда врываемся в новое место без всякого спроса,
Ты, не ожидая, поймёт нас кто-то иль не поймёт,
Лезешь в разведку вперёд своим чёрным холодным носом.
Ты делаешь жизнь мою безопаснее и прочней,
Бессчётное множество раз не была я слабой.
И только за это, когда ты идёшь в морфей
Я очень крепко держу горячие сильные лапы.
***
Я падаю, в сон проваливаюсь, забываюсь. Я ловлю тебя там, держу за тонкие руки. Ты и не вырываешься, дышишь тяжело, задыхаясь, забываешь холодность, рассказываешь про муки. Про то, что ты эмоциональный сухарь, что ничто не светит, что мир твой давно очерствел, превратился в холод. И я начинаю верить всему на свете. Я даю себе повод.

Я начинаю дышать глубоко, вспоминать былое, ловить мгновения, слышать каждое слово; я моментально вспомню тебя такою, какой ты пришла впервые, явилась снова. И мы гуляем по рыхлому снегу в полночь, пытаемся безнадёжно добраться ко мне, до дома. Я просыпаюсь. Полдень. И дождь по окнам.
Я. тебя. вспомнил.

Меня накрывает удушливой жутью. Черти! Ведь я же, кажется, с дуру тебя убил там! Хочу позвонить, написать, чтоб спасти от "смерти". Успеть, не забыть, запустить живость слов по венам. Хочу достучаться, пробиться сквозь холод, стены. Собрался вернуться к тебе двадцать первым твоим апрелем.
"С людьми со временем случаются перемены".
Я себе не верю.
***
Беги от меня, хороший, беги во тьму, В сумрак прорвись, пропитанный тишиной. Я, уверяю, раньше тебя пойму, что за отрава течёт меж тобой и мной. Мрак не бывает вечным, не будет и. Он, я уверен, имеет двадцать ходов. Беги от меня назад и в бегстве прости. Я бы тебя, ей-богу, спасал тогда, если б мог.

Я растекаюсь в воде ядовитым жирным пятном, маню к себе яркими красками пустоты. Я уже три минуты вам не знаком, я плавлюсь, стираюсь, меняю себе черты. Вы видите безопасность и тёплый свет, известен вам лишь неги моей уют. И стать вам сейчас одной из моих побед. Теперь вас сожгут.

Игрушка! Дразнящая, яркая и своя! Спасательный круг, замирающий на волне. И вы в сотый раз не сможете устоять, когда я прольюсь словами: "Иди ко мне!" Я тварью из снов представлюсь вам на бегу, меня предпочьтётся забыть в спокойной тиши. Я выброшен на песок.
- Больше не могу!..
- Ещё разок сможешь, солнце. Ну вот. Дыши.
***
равствуй, маленькая волшебница, звонкий голос в моей груди. Пусть в камине огня не теплится, всё равно сюда приходи. Расскажи для себя про важное, если что-то гнетёт из вне. И поверь, это всё нестрашное. Доверяй, пока можешь, мне.

Я пойму любое событие, разделю любую печаль. Через ужаса путь, открытия пронесу тебя на плечах. Помогу тебе обустроиться, знай, что рядом я остаюсь. Здесь в пыли мой опыт покоится. Здесь я вновь за тебя боюсь. Я боюсь, что ты, незаметивши, пробежишь по моим ножам. Я хочу оказаться рядышком, чтоб успеть тебя поддержать; утешать тебя многословностью, рядом встать на пути стихий... Пусть окажется всё условностью. Пусть я просто пишу стихи.

Приходи ко мне, солнце ясное, мы вдвоём разожжём очаг. Мы опасные или безопасные, когда просто тянет молчать? Иногда я настолько яростный - от меня сбегает покой. Просто временем тем безрадостным я себя делил лишь с собой.
И оттуда вынес, как истину - не окажешься на краю, если кто-то верит, что справишься, и признает в тебе свою.
***
Я разрезаюсь пополам и, вырвав сердце,
Уйду из дома.
Мне больше нечем отогреться,
Всё незнакомо.
Другая мебель и посуда,
Другие звуки.
И так внезапно, страшно будят
Чужие руки.
Мой дом остался одинокий,
Тихо дышит.
И разлучаться так жестоко.
Кто услышит?
А дома сердце, умирая,
Кричит и бьётся.
Ведь дома я не выбираю.
Кто вернётся?
Мне засыпать и просыпаться
В чужой кровати.
И уходить, и собираться,
Вокруг не глядя.
И выходя я запираю
Чужие двери.
Я умираю, выживаю...
И не верю.
Хожу по впискам и снимаю
Углы чужие.
И без конца переезжаю.
Очень лживо.

Потом я где-то на дороге
Найду посуду.
И обживаюсь понемногу,
И чай я буду
Из столь же одинокой, милой
Огромной кружки.
И жизнь чуть менее постыла.
И выжить нужно.
Я выращу живое сердце
В стихах и песнях.
И с ним мы сможем отогреться
Так чудесно.
Но по ночам летят сквозь ветер
Чужие стоны.
Болезненней всего на свете
Зовут из дома.
***
А за окнами дождь в одиночестве бродит ночным проспектом.
Лучше поздно, чем никогда - это правда, что есть, то есть.
Хотя я предпочёл бы, чтоб ты со своим приветом
И объятьями может быть раньше. На лет так шесть.
Мне мерещится - это точно - но кажется (так напрасно!)
И пугает, что времени вовсе как будто нет.
Как сказать, я не знаю, раз в сотый, что "ты прекрасна",

А потом не сказать "извини" раз в двухсотый. Нет,
Лучше так, как есть, и тогда, когда всё случилось,
И объятия, и слова, впереди, если надо, годы,
С самой первой секунды с тобой, с пред_секунды всё изменилось.
А потом - лишь острей, сильнее. До взаимной большой свободы.
***
Так давно не быть близким, обжечься, так ошибиться,
Чтоб бояться потом до судорог, крика, до отречения.
Быть готовым исчезнуть, "замёрзнуть", просто разбиться,
Чтоб без новых "своих", чтобы не было столько значения
В каждой фразе, во вздохе, в намёке несказанном малом
Этого голоса низкого с хрипотцой и дрожью.
Потому что эмоции, ярость, нежность огромным валом,
Что ты чувствуешь будто всей кожей. Или без кожи?
Ты готов был вскрывать все ожоги свои и раны.
Велика ли цена - ожоги - за стук сердца спокойный, размеренный?
И осознанно ты решаешь: "Теперь - не стану".
Так решаешься быть: доверяющим и доверенным.

И в долине хрустальных яблок цветы распускаются,
Скалы плачут морской водой с болезненным облегчением.
Да, под натиском нежности страх и тревога скрываются.
Ты силён, счастлив и не один. Всё имеет значение.
***
Мне больно и страшно. Я прячусь от ужаса в скалы.
Огнём из ладоней сжигаю живое вокруг.
Сейчас я сижу, бесполезный, до стона усталый,
И магии силой рисуется замкнутый круг.
В него не зайти никому: ни врагу и ни другу;
Ни зверю, ни птице. Он твёрд и холодный, как лёд.
Внутри я сжимаю в кулак свою правую руку.
Останься за кругом - сегодня никто не умрёт.
Останься за гранью, когда я кричу или плачу;
Не вздумай смотреть, даже если я режусь, кусаюсь и жгусь.
Не смей разорвать, не пытайся спасти на удачу -
Услышь и исполни. Пока я ещё удержусь.
Уйди от беды, пока разум в цепях держит буйную душу.
Уйди, если можешь ещё с теплотой отзываться о нас.

...И знай, если мир сейчас взрывами будет разрушен,
Я всё же люблю тебя. Вечно. И прямо сейчас.
***
Я простужен стихами, и горло моё болит,
Они рвутся с кашлем, ищут свой новый ритм,
Я пытаюсь их выдохнуть в этот холодный мир,
А они застревают на половине пути и душат.
Я хронически с ними, я лечусь уж пятнадцать лет,
Пью микстуру от выдумок, кутаюсь в тёплый плед,
И порой лишь ремиссии, а выздоровленья нет,
В тишине слышу хрипы, как чьи-то чужие души.
Только страшно не это.
Страшно просто дышать,
Страшно делать ещё один - к выздоровленью - шаг,
Замереть однажды, не слыша, как вновь шуршат
Где-то в глубине все мои слова, все стихи и песни.
Пусть я с ними умру, и пусть сердце моё сгорит,
Пусть они прорастут, разорвут меня изнутри,
Пусть я выдохну наконец! И будут они парить.
Мне без них не жить, а в горле моём им тесно.
***
Отпусти меня в вольный полёт.
С последнего этажа.
И не дай тебе боги сил
Суметь меня удержать.
Отпусти меня и смотри
(Или лучше не), как лечу.
Не забудь, что сейчас внутри
Взорвать всю боль я хочу.
Отпусти меня полетать.
Обещаю - недалеко.
(Ничего тебе не писать,
В сущности, так легко.)
Отпусти меня полетать.
Для этого я большой.
Я хочу всё сейчас прервать
Пока мне так хорошо.
***
Моя душа...
Словно вязанный лапами, разноцветный пушистый шарф,
В нём не сыщешь и капли жизни. Каждой ниточкой, не дыша,

Он сквозь щели в окне улетит бесплотным туманом.

Смрад костров...
Запах листьев прелых, горелого мяса, раны чужих миров,
Дым реальности пахнет болью чужой, и кровь
Выступает дождём, словно делаясь общим обманом.

Огонь свечи...
Словно зов, словно символ, просьба: "Скажи!/Молчи!"
И ответный дым сигареты ввысь: "Я здесь. Я с тобою есть.
Столько в мире слов, что не счесть.
Только я бы хотел, чтобы всем нам легче".

И из вне жуткий крик:
"Отомри, замри. Ради всех и себя умри.
Делай так, как должно,
мы для этого тебе, доходяге, дозу боли подкожно.
Высшую".

И не слышу я.
В умирании прелесть, что оно как бы ватное,
И все цели, все звуки, разговоры любые приватные
Остаются за кадром с теми, кто их лжёт, надеясь остаться честно-праведными.
И доходят лишь правильные.
С их "Ты был нужен, ты норма, прост".
И в руках их ты стаешь, как нежный воск,
Ты затихнешь, вымерший, успокоенный, превратившийся в любое из чудес света.
И "с приветом".
***
У меня самоцветные горы слов. Я сказать их готов или не готов? Развалить их мне хочется до песков, чтобы камень найти, состоящий из "Ты никто и ничей".
У меня внутри уголь, дрова и торф. И воск сотен свечей.
У меня внутри порох, военный склад. Я из глаз своих проливаю яд, а внутри горят себе и горят, они взрывами, вспышками говорят: "Ведь ты даже не свой".
А я слышу космических три подряд. Мои песни... Мой мир... Ими в плен я взят. Возвращаюсь домой.
***
Путь сквозь время и пространства без начала и конца.
Я в одном из многих танцев. Человеком без лица.
Я тебя сопровождаю на отрезке в пять секунд,
Никогда всего не зная. Нас, наверно, не поймут.
Твои руки заливаю ледяным я из груди.
Мы дорог не угадаем: позади и впереди.
Но в стихах из рваной раны, в разговорах ни о чём,
В песнях образных и «странных» есть с тобой моё плечо.
Ты приходишь, сомневаясь, ты поёшь и говоришь,
Ты читаешь, объясняя. Но ведь слышно – ты молчишь.
Ты молчишь об очень важном, ты скрываешь часть внутри,
А она зовёт так смело. Ты увидишь. Посмотри.
Ты отчаянно прекрасен, многогранен и хорош.
Я, поняв, что нож опасен, укажу тебе на нож,
Он в сражении шутливом застревает в чешуе,
И по чьей-то глупой шутке пустит кровь в душе твоей.
Мы его сейчас достанем, и я дам тебе тепла.
Я утешу, не умея, попрошу, чтоб боль ушла.
Позову твою улыбку и попробуем дышать.
Поздно (тут моя ошибка) я найду тот верный шаг.
Мы пойдём по миру дальше, часто изменяя путь.
Иногда, мой друг отважный, силам нужно отдохнуть.
Я надеюсь, что увижу в разговорах «ни о чём»,
И окажется чуть ближе моё правое плечо.
Ибо ты, мой змеептичик, много ярких дашь огней,
Объясняя всё на свете и читая в тишине.
И когда я задыхаюсь, напугавшись «ничего».
Мне внезапно станет легче после слова твоего.
А в пути, мой милый мальчик, нет начала и конца.
Знай, что я с тобою рядом. Человеком без лица.


Кажется, пока это всё, что я вообще стал бы выкладывать. Всем спасибо, продолжаем пить чай.

@темы: Поэтические изыскания, Моё самопишущее перо, Лучшая в мире собака-поводырь, Выживай давай. Записки из психиатрии

URL
Комментарии
2016-10-25 в 12:04 

*demma*
Неисправимая оптимистка
Может быть, среди них есть не слишком хорошие, но им сопереживаешь, а от каких-то просто слезы сами текут. Они живые и настоящие. И они - твое отражение. Тебе, дорогая, обязательно нужно писать. :kiss:

2016-11-04 в 18:38 

Iolanta Northern
романтичный фонарный столб
Замысел, как обычно, остался где-то далеко.

***
В одном тайном лесу стоит призрачный дом, он пустой, вокруг стен воет ветер. Я смотрю на него, в горле слёз горький ком - это пристань счастливых на свете. Здесь приют для заблудших горячих сердец (их, пожалуй, совсем и не двое). Здесь мы, может, нашли бы себя, наконец; это место тепла и покоя. Не рождалось бы здесь нелюбимых детей; неродных, нежеланных, несчастных. Этот дом был действительно _ДОМОМ_ для тех из людей, кто находит друг в друге участье.

Здесь постели застелены, в печке дрова, на каминной решётке бумага. Только двери откроются нынче едва ль, вряд ли выступит кто-то из мрака. Видел я, как медленно падает самолёт; взрослых нет, а детей не родилось. Нет причин полагать, будто кто-то придёт; есть надежда: "Скорей бы забылось".

В одном тайном лесу дом своих ждёт гостей: крепок он, нерушим, несжигаем. Он стоит на пути у десятков людей; а ему лишь "своих" не хватает. Он по множеству лет остаётся забыт, одиноким, но помнящим вечность. Он мечтает о смерти, мечтает остыть, обвалиться, уйти в бесконечность. Рвётся сердце от холода и пустоты, стонут стены без всякой надежды. Как бы ни были сладки любые мечты, ничему не случиться как прежде. Окна ставнями скрыты на множество лет, дверь закроют замки и засовы... И найдётся ли кто-то, кто впустит дня свет и молчания снимет оковы?

@музыка: Сурганова и оркестр - рейс 612

URL
2016-11-08 в 09:35 

Iolanta Northern
романтичный фонарный столб
***
Люди приходят. Уходят. А ты остался.
Зимой, весной и летом ты пишешь стихи и прозу.
Так больно в разрыв, сердце пополам, мир почти сломался.
А потом ты цветёшь и пахнешь, как юная алая роза.
Ты не пишешь больше стихов про горькое расставанье.
Ты способен прожить, просчитать, остаться собою.
Ты способен жить, ты способен выжить и не_молчанье
Осчастливит тебя. И никто из людей, и ничто иное
Не ломает тебя, не нарушит, не бросит в бездну,
Остаются с тобой все миры, все стихи и песни.
Мир не кажется чужим, отчаянно бесполезным.
Мир остался твоим, мир живой - это так чудесно!
Продолжаешь своё нелёгкое восхожденье,
Хоть вдвоём, хоть один - ты собой остаёшься ныне.
Раны лечатся. И к тебе придёт излеченье.
Ты единственный почти точно себя не покинешь.

URL
2016-11-10 в 06:32 

Iolanta Northern
романтичный фонарный столб
***
Мне так сложно поверить в твоё "люблю" со мною,
Я боюсь - это ложь, эта ложь прозвучит во благо.
Каждый вздох, каждый день я звеню струною.
Я боюсь - это будет скоро конец. Я боюсь, однако
Я читаю прозу, пою, рисую мелом ладони;
Ты мне пишешь, работаешь, спишь, говоришь "скучаю".
Я ищу подвохи, пробелы там, где помню;
Я боюсь признавать, что мне тебя не хватает.
Я боюсь говорить о нежности, расстояний;
Я боюсь строить планы - на месяц и на полгода.
Я боюсь новой встречи, боли прощаний.
Я могу, потеряв тебя, обрести свободу,
Только мне она ни к чему, не хочу пустоты и мрака.
Я любовью зову не огонь потерь , взаимные клятвы в воздух;
У меня на любовь другие взгляды. Однако
Я люблю не тогда, когда одному мне совсем не просто;
Я люблю, когда без тебя могу; не хочу теряться,
Я тебя полюбил когда пламя близости, и совпало.
Я мечтал о встрече. держать за руки, обняться
И остаться с тобою рядом, ни много ни мало.
Куда отправлялись на нашем пути, что потом случиться?
Я надеялся на нас, на наши слова, решенья.
И меня удивляет тот, кто внутри боится,
Потому что я чувствую, любовь моя без сомненья.

URL
2017-02-25 в 09:56 

Iolanta Northern
романтичный фонарный столб
***
И когда, наконец, беспощадно жестокое солнце почтит появленьем закат;
Когда тени сгустятся и сумрак восстанет над тёмной тревожной водой...
...Предо мною окажется ангел бессменный со яркой свечою в руках.
Он промолвит: "Я ждал",- и покажет бесценное счастье - родную дорогу домой.
Он нальёт мне мой чай и залечит раненья, сплетя покрывало из слов;
Он расскажет мне сказки, уймёт мою боль и позволит с собою уснуть...
Свет любви и тепла не погаснет в течение множества дней и бессчётных часов,
И да будет позволено мне в этом море из нежной заботы тонуть.

Завершались бои; божества умирали; обрушивались небеса...
Уходили рассветы, закаты случались, и ангел улыбкой встречал...
Я хочу в этом мире остаться собою и ангелом ангелу стать,
Одарив его светом и радостью, иль разделяя печаль.

URL
2017-02-25 в 09:58 

Iolanta Northern
романтичный фонарный столб
Любимой Алхимику

***
Я сижу у тебя на кухне: сонный, встрёпанный и пью чай. Поразительно, но однако: даже там я могу скучать. В голове моей прорастают молодою травой мечты. Где-то там за тремя стенами тихо спишь в это время ты.

Я мечтаю весною ранней каждый день открывать окно. Только пусть наших многих кошек не приманивает оно! Я мечтаю гулять ночами (разумеется же с тобой). Каждый день говорить словами, что я странный, но ведь живой.

Я хочу вместе встретить лето; из цветов выплетать венки; оставаться плохим поэтом и познать теченье реки. Обнимать и твердить, что счастлив; задыхаться, писать слова. И поверить: "всегда - бывает", ты однажды была права.

Наша осень будет неслабой, я уже её наблюдал. Приходить, мыть собаке лапы, материться: "Опять аврал!", напиваться чаем с друзьями, плакать, радоваться, тепла...
И поверить, что это с нами. Что ты снова права была.

Наслаждаться прекрасным снегом и ходить с тобой в тихий лес; восхищаться времени бегом, по утрам просыпаться "здесь", сэлфи делать и ставить ёлку, фотосессию и посты...
И !ПОЗВОЛИТЬ МЕЧТАТЬ ПОДОЛГУ! - меня греют наши(?) мечты.

Уже ночь; я сижу с тобою. Ты пьёшь чай, я пищу, пишу. Иногда я так цельно счастлив... Догадаешься? - не дышу. Я отчаянно горд, что рядом...
А ещё я счастлив, поверь,
Ведь когда прихожу домой я
Ты всегда открываешь дверь.

11-12.01.2017

URL
   

Пробуждение почти живого сердца

главная